Город Мастеров
IPB

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

Профиль
Фотография
Рейтинг
 
Опции
Опции
Персональное Соглашение
Nika не имеет договора в данный момент.
Персональная информация
Nika
Level 8
48 лет
Женщина
USA
Родились Июнь-30-1972
Интересы
Нет данных
Другая информация
Класс: Клерик
Характер: True Neutral
Раса: Полуэльф
Мастер: NWN: Маппинг
Мастер: Нет данных
Мастер: Нет данных
Проект N1: Нет данных
Проект N2: Нет данных
Статистика
Присоединился: 21.09.2004
Просмотры профиля: 2,136*
Последний раз замечен: Скрыт
Местное время: Jul 4 2020, 12:49
324 сообщения (0.06 сообщений в день)
Контактная информация
AIM Нет данных
Yahoo Нет данных
ICQ Нет данных
MSN Нет данных
* Просмотры профиля обновляются каждый час

Nika

Master


Темы
Сообщения
Файлы
Комментарии
Друзья
Содержание
14 Nov 2006
В Дарконе бушевала эпидемия. Или нет? Как-то неправильно писать такое в эпилоге, ведь про эпидемию уже должно быть известно из текста выше. А в прочем…

На большом плоском камне недалеко от ворот Темпе Фаллз неподвижно сидела симпатичная, немного бледноватая девушка в белоснежной рубашке и черных брючках, заправленных в высокие сапожки. Со стороны могло бы показаться, что это искусно выполненная статуя, если бы ветер не развивал ее кроваво-красные волосы и одежды. Ее лицо было обращено в сторону дороги от Карга в Темпе, но глаза были закрыты. Они ей были не нужны, только у одного существа в этом мире так бьется сердце, и она скоро должна была выйти как раз к этому камню. Хотя ее лицо было спокойно, в ней – как это обычно бывало, но к чему она так и не смогла привыкнуть – нарастало что-то похожее на томительное ожидание, только многократно усиленное. Лишь присутствие рядом с ожидаемой постороннего мешало Демонике сорваться с камня и побежать навстречу. Последнее время они виделись все реже, последняя встреча была… Девушка уже и не помнила дату. Это было тяжело для нее.
Спустя некоторое количество минут, каждая из которых казалась Демонике вечностью, из-за деревьев показалась странная пара: высокая рыжеволосая девушка в доспехе довольно быстро вышагивала по дороге, а рядом с ней бежало что-то низенькое, с большой бородой и закованное в металл. Ноздрей Демоники коснулся тонкий аромат сирени, и ей стоило больших усилий, чтобы не улыбнуться. Наконец странная парочка приблизилась к камню, но девушка на камне никак на это не отреагировала, ей нравилось слушать стук сердца – немного более частый, чем обычно – Николь Анжелины и чувствовать легкий запах сирени.
- Что-то наша Дема совсем это… Скучает, - пробасило что-то низенькое хриплым пропитым голосом. - Может больна? Той болезнью? В храм бы ее сводить... Пусть посмотрят что с нею.
Открыв глаза, Демоника сделала вид, что ничего не поняла из разговора и, невинно моргая, внимательно посмотрела на Николь Анжелину. Она была обеспокоена, о причинах беспокойства девушка почти что знала, но сегодня это чувствовалось особенно остро. Демоника пыталась несколько раз поймать взгляд Николь, но та отводила глаза.
- Нет - та болезнь протекает по-другому, - подойдя к Демонике, она перешла на шепот. – Дема? Вставай?
- Зачем? – губы Демоники почти не двигались, а с такого расстояния ее шепот Фенар – так звали дварфа – не услышал бы даже при всем желании.
- Дема... я так больше не могу, - голос Николь дрогнул.
- Как, так? Что тебя волнует? – голос Демоники оставался ровным, она не сделала ни одного лишнего движения, не сказала ни одного слова, которые так и рвались быть услышанными.
- Ты - твое состояние, - их взгляды встретились.
- Со мной все хорошо… - Демоника отвела взгляд, непроизвольно скользнувший по нежной шее Николь, и криво усмехнулась - Как всегда… Просто мы так давно не виделись, что ты забыла…
- Я должна сказать тебе… - кусая губы, - нет… потом…
- Сейчас, - получилось слишком резко и холодно, не так, как она хотела.
- Может ей это… пива налить? – учтивый Фенар все же не выдержал паузы. – Пусть взбодрится, а то совсем сонная какая-то.
- Фенар, мы можем поговорить? – Николь Анжелина обернулась к дварфу.
- Да, конечно... Тем более мне на минуту надо в кузницу, - последние слова Фенар произносил уже на ходу.
Дождавшись, пока дварф отойдет на достаточное расстояние, Николь обернулась к Демонике и произнесла фразу, в одно мгновенье подтвердившую все и разрушившую все те расплывчатые иллюзии, которые девушка так бережно хранила. Ураган нахлынувших эмоций заглушил остальные чувства и ощущения, Николь продолжала что-то говорить, Демоника слышала все, но смысл ускользал, утекал, как вода через сито.
- Помнишь, я говорила тебе о песне? – Демоника посмотрела в мокрые от слез глаза Николь. – Я все же спою ее… Если ты не против. – Кивок. Вдохнув поглубже и успокоив мечущееся в груди сердце холодом принятого решения, девушка начала негромко петь:
- Вы Творцом, наверное, друг для друга созданы,
Что Судьбой начертано, нам ли изменять...
Исправлять что сделано, безвозвратно поздно мне
И печали вам моей не дано понять
Пусть горят стихи
Золотым костром
Плач из-под руки
Ломким серебром
Золотом рассвет
Чуть коснулся век
Я не плачу, нет
Это просто снег...
Я не помешаю вам, слишком счастье хрупкое,
Вслед за ночью снежною я уйду в рассвет
Гриф железом вытертый снова ляжет в руку мне
И печаль рассыплется пригоршней монет
Уходить - певцу
Такова судьба
Слёзы по лицу
Солью на губах
Крылья за спиной
Это просто плащ
Лютня - девять струн
За меня поплачь...
Стану легким призраком, незаметным странником
Поутру следы мои заметёт метель
Ветер, светлый рыцарь мой, боль развеет ранную
И одно оставит мне имя - Менестрель
Не спасти стихов
Не унять огня
Тем, кто был со мной
Не вернуть меня
На ветру свеча
Мне ладонь коптит
Мне бы промолчать,
Но как вздох "Прости..." – закончив петь, Демоника опустила голову, слезы кровавыми ручейками заструились по щекам, крохотными рубинами падая на белоснежную рубашку.
- Дема, не надо, нет, - Николь тщетно попыталась встряхнуть сидящую девушку. - Дема... я и правда тебя любила и люблю... – и заплакала.
- Прости меня… - голос Демоники сорвался на хрип, она подняла голову и посмотрела Николь Анжелине в глаза. - Я знала, что так будет... но я надеялась... Будь счастлива, моя Ники...
Легко освободившись от рук Николь, Демоника с поразительной быстротой умчалась по дороге в сторону Карга. Николь ей еще что-то кричала вслед, но ее голос заглушало оглушительно стучащее в ушах сердцебиение и клокочущие в ней бессильная ярость и гнев. Не на Николь, нет, она не могла злиться на ту, кого больше всех любила, она проклинала себя за то, что не может ничего сделать. Но помимо ярости и гнева в ней была еще и холодная уверенность в том, что нужно делать, решение, которое она приняла.

Джошуа Сэйл, частный предприниматель, как его бы сейчас назвали, не спеша, совершал очередное, уже давно забыто какое по счету – а раньше он каждую такую поездку старательно нумеровал и записывал на бумаге – путешествие по дорогам Даркона, что-то где-то покупая, что-то где-то продавая, как это было выгодно ему, и размышлял. С самого утра у него было дурное настроение, усугубляемое вдобавок разными дурными приметами и просто неприятными приметами, как то – утром он проснулся не от пения петуха, а от мрачного карканья вороны; за завтраком просыпал соль; выезжая на дорогу, перед ним ее же перебежала черная кошка; да и лес, несмотря на веселый солнечный день, не заливался птичьим пением, а хранил напряженное молчание. Мрачное предчувствие чего-то нехорошего никак не желало покидать голову Джошуа. От дум его отвлекло странное поведение его лошади, начавшей биться и метаться, и неожиданное появление на дороге прямо перед его повозкой красноволосой девушки, чья белая рубашка и лицо были в крови. “Красивая, не то, что моя“ – первое, что пришло в голову Джоша, глядя на нее в легком оцепенении от того, что секунду назад ее там не было.
- Тпррру! – опомнившись, заорал Джошуа, натянув поводья и останавливая лошадь прямо перед девушкой. Лошадь продолжала биться, и Джош про себя отметил, что надо будет конюху из Карга надавать по физиономии. – С вами что-то случилось? Вы вся в крови! Как я могу помочь? – он окончательно пришел в себя, а, подавшись вперед и глядя на казавшуюся беспомощной девушку, в голове появились мысли, от которых на добротных штанах в известном месте образовалось вздутие.
- Помочь? Просто, - тихо ответила ему девушка красивым голосом. И исчезла.
Джошуа непонимающе заморгал, окончательно сбитый с толку, и почувствовал, как чьи-то холодные руки коснулись его шеи. Он резко развернулся, и увидел перед собой ту самую девушку, только что стоявшую на дороге, ее губы были растянуты в улыбке, а большие зеленые глаза, казалось, затягивали в себя. Когда девушка, подсев поближе, провела обеими ладонями по его щекам, Джошуа поблагодарил богов за то, что ширинки еще не изобрели. А затем произошло то, что наверное совсем вогнало его в ступор, если бы он был в состоянии, чтобы что-то чувствовать: холодные руки девушки с силой повернули его голову. Хрустнули шейные позвонки, вздутие моментально исчезло, а во вспышке боли, испытанной Джошем, не было ничего похожего на моментальное воспроизведение всей его жизни, как пишут в книжках. Потом была тьма.

Брезгливо сбросив с груди руку мертвого купца, Демоника стащила труп с повозки на землю. Лошадь, лишившись последнего, что ее удерживало, несмотря на телегу, в которую она была запряжена, не разбирая дороги, бросилась прочь от пугавшей ее девушки. Не обращая внимания на треск ломающихся веток с той стороны, куда убежала лошадь, Демоника прислушивалась. Николь уже приближалась, и ей следовало поспешить. Оглядевшись по сторонам, девушка заметила упавшую с телеги и развязавшуюся сумку, из которой выпали листки пергамента и перо. Как вкопанная, Демоника зачарованно смотрела на листки и перо, а в ее голове роились слова и фразы, которые она так хотела сказать Ей. Стремительно подлетев к сумке, девушка взяла перо, чернила и бумагу. Несмотря на испытываемое ей волнение, рука быстро выводила на бумаге ровные строчки, лишь на миг остановилась перед тем, как вывести два слова, которые не знал никто, кроме нее и еще одного человека. Отбросив уже ненужные письменные принадлежности и сложив лист пергамента, Демоника, для которой каждый шаг давался все труднее, приблизилась к мертвому телу. Николь скоро должна была появиться. Решительно подняв грузное тело с земли и прислонившись к дереву, девушка поднесла губы к горлу мертвого человека. И, закрыв глаза и прислушиваясь к стуку сердца Николь Анжелины, замерла. Затем, не открывая глаз, медленно разжала губы и приоткрыла рот, два длинных белых клыка коснулись кожи мертвого тела, и спустя мгновение Демоника стиснула зубы. “Никогда не пробовала мертвой крови”, – мелькнула мысль, но девушка ее отогнала. Наслаждения, которое обычно сопровождало этот процесс, не было, не было и приятного стука бьющихся в унисон сердец в ушах, она слышала свое сердце и сердце Николь, но… От этого ей стало еще грустнее, тоскливее, хотя ей до этого казалось, что больше уже некуда, и она, оторвавшись от горла купца, заплакала. Ноги подкосились, и она опустилась вместе с телом на землю, теперь боль была не только душевная, но физическая. Казалось, что тысячи раскаленных клинков пронзают ее изнутри. Сил, чтобы отбросить труп, не осталось, Демоника сжала в руке лист пергамента и молча уставилась на землю. Стук сердца замедлялся.
Когда появилась Николь, боль уже не так сильно чувствовалась, но в голове и глазах начал сгущаться туман забытья, и оставаться в сознании было все сложнее. Сердцебиение Николь Анжелины резко увеличилось. “Она увидела”. Перед глазами появились ноги в отражении сапог которых Демоника увидела себя и машинально ужаснулась.
- Дема, что ты делаешь? – Николь была на грани истерики. - Дема?
- Уже сделала, - с трудом подняв голову и посмотрев на Николь, девушка вяло улыбнулась.
- Зачем? – Николь опустилась на колени рядом с придавленной телом девушкой, ее глаза были полны слез. - Ты клялась, что никогда этого не сделаешь, никогда...
- Мне… не… - и без того слабый, голос Демоники сорвался на шепот. –Зачем жить… Я эгоистка…
- Может можно еще помочь... Она еще дышит. – Демоника услышала голос Фенара.
- Как зачем? Дема... ну что же делать?.. – ее голос тоже перешел на шепот, полный растерянности, Николь взяла руку девушки с свои.
- Ничего... Уже ничего... – от этих слова слезы переполнили глаза Николь Анжелины и потекли ручейками по щекам.
- Не уходи... – полным мольбы голосом сквозь всхлипы прошептала Николь. - Дема, не уходи, пожалуйста.
- Сделанного не вернуть... – Демоника попыталась сжать руку Ники. - Прости...
- Зачем, зачем! – возведя глаза к небу, голосом, полным боли, закричала Николь. Голос сломался.
- Я люблю тебя... – Демоника слабо улыбнулась так, как раньше позволяла улыбаться только наедине с Николь Анжелиной или с самой собой – открыто, не пряча зубы за губами.
- Я тоже, ты же знаешь это, всегда знала… - Николь крепко сжала руку Демоники.
- Знаю... Не забывай меня... – кровавые слезы вновь потекли из глаз девушки.
- Тебя можно спасти! Возьми мою кровь! – выхватив нож, Николь Анжелина сделала разрез на запястье и поднесла кровоточащую руку к губам Демоники. – Пей!
- Э… Не думаю, что это хорошая мысль. – голос Фенара до Демоники доносился словно из другой реальности.
- Нет… Слишком поздно… - на лице девушки появилась улыбка. И застыла. Как и ее взгляд. Как ее дыхание. Как и ее сердце. Как и ее жизнь. Голова Демоники безвольно свесилась на грудь. Так закончилась жизнь девушки, чей путь был устлан нарциссами. И она не видела того, как ее возлюбленная тщетно пытается вернуть ей жизнь, как срывает бессильный гнев на стоящем на дороге Фенаре, как Николь, откинув тело мертвого купца, как проклинает себя, как находит и кладет в сумку письмо, как просит Фенара оставить ее одну, как оттаскивает тело Демоники подальше от дороги, как, обняв, рыдает у нее на груди и, испытывая огромную усталость, там же забывается беспокойным сном.
14 Nov 2006
Нашла на винте эту историю, к сожалению, без окончания. Надеюсь, Аффидадид не будет против размещения его рассказа здесь.


«Ну что, красавчик, нам пора...» - я невесело улыбнулся своему отражению и отвернулся от зеркала, застегивая темно-красный бархатный камзол. Пять лет понадобилось, чтобы я перестал пугаться собственного лица и перестал ненавидить безжалостные зеркала. Топор дварфа изуродовал мое лицо, разделив его пополам глубоким шрамом, и исковеркал мою жизнь, разделив ее на жизнь до битвы и после. В той битве погибли оба моих брата и сестра, и наш Дом фактически перестал существовать. Я остался один, а что ждет одиночку в городе, заселенном разумными хищниками – в самом прекрасном и самом жестоком городе мира, Даалветине? Израненный, я покинул его, успев забрать лишь немногие ценности Дома, и забился в одном из самых отдаленных уголков подземного мира, чтобы зализать свои раны. Я выжил, но возвращаться мне было некуда и вспомнив рассказы дроу, путешествующих по поверхности, я решил выбраться на землю. С тех пор прошло почти пять лет. Я стараюсь не вспоминать завораживающие огни Даалветина, но он все еще снится мне. Еще мне снится моя погибшая сестра Эстер, я вижу как она стоит на возвышении в храме и готовится произнести ритуальные слова. Потом я вижу, как к ней подходит женщина дроу в белом шелковом платье, она поворачивается ко мне и смотрит на меня в упор холодными фиолетовыми глазами. Это принцесса правящего дома, Селин. Ее лицо всегда бесстрастно и надменно, только глаза могут полыхнуть красным пламенем гнева. Я стою рядом с сестрой и не могу шевельнутся, зачарованный взглядом Селин. Принцесса поднимает руку, иногда она держит в руке свою отравленную плеть, иногда – зеркало. Я кричу и просыпаюсь. Всегда один и тот же сон, но временами я просыпаюсь со слезами на глазах...

В той схватке я потерял глаз, страшный шрам разорвал щеку и лоб, с тех пор я хожу, завесив левую половину лица своими длинными серебристыми волосами, но не для того, чтобы украсить себя, а для того, чтобы не привлекать лишнего внимания. Ну что же, камзол застегнут, теперь надеть плащ с капюшоном и перчатки. В карман улегся увесистый кошель с золотыми монетами. Я вышел из дома и направился в таверну.
Навстречу брели по своим делам горожане - люди, эльфы... Скоро я стану полноправным членом этого мира. Да, я дроу, но я выбрал другой путь, поднялся на поверхность и стану законопослушным горожанином, владельцем одного из домов Мартиры. Примите ли вы меня как своего, как уже приняли кое-кого из моих соотечественников? Я вошел в таверну и сел за столик. Довольно скоро ко мне подошел тот, на встречу с которым я так тщательно одевался. Суетливый человечек передал мне договор о купле-продаже, я внимательно осмотрел его, все было на месте – печать и подписи. Я расписался и кошель перешел в другие руки. Делец спрятал деньги и радостно потер руки - «Поздравляю с покупкой! А теперь надо бы обмыть ключик!» - кажется, человечек рассчитывал на дружескую попойку после удачной сделки. Пить с людьми, нет, до этого я еще не опустился. Я молча встал, кивнул гловой на прощание и вышел.


Мартира... Огромный город, кишащий всяким сбродом, котел, в котором варятся богатые и бедные, ученые, воины, маги и воры, уродливые и прекрасные существа. И женщины... В Мартире много красивых женщин всех рас. Ведь когда-нибудь, мне перестанет снится тот сон. Я запахнулся в плащ и пошел домой.

Купленный дом оказался довольно большим и уютным. Он был удачно расположен – в богатом районе города, где жили Мартирские аристократы. Хорошее соседство позволяло завести полезные знакомства. Моей первоочередной задачей было приобретение обстановки дома, мы, дроу, привыкли к красивым и удобным вещам. К моему удивлению, оказалось, что в Мартире можно купить все, в буквальном смысле. Я приобрел несколько красочных таримских ковров ручной работы, резные шкафы и комоды из драгоценной хоршемской сосны, приценился к полупрозрачному галленскому фарфору. В три дня улетела половина суммы, полученной за выполнение одного щекотливого поручения. Не беда, я твердо знал, что мои услуги будут широко востребованы в таком крупном и кипящем жизнью городе, как Мартира.


Прошло несколько дней. Стояло хорошее утро, небо затянули тучи и тусклый серый свет заливал городские стены. Я решил пройтись по рынку. Мартирский рынок чрезвычайно интересен для изучения различных городских типов. Кого только там не увидишь, вот прошла красотка в слишком броском платье для такого часа и места. Ночная бабочка, но изображает из себя знать. Вот щеголь присматривается к новой трости для прогулки, его лицо опухло после ночной попойки с дружками, но он кокетливо крутит усы и приподнимает шляпу, приветствуя проходящих мимо дам. А вон и воришка шастает в толпе, выискивая зазевавшуюся жертву. Гуляя среди прилавков и разглядывая разложенные товары, я не сразу понял, что слышу свое собственное имя.
- Господин Тор-Ниель! Какой чудесный день! – это был тот самый делец, продавший мне дом. Я еле сдержался, чтобы не пройти мимо, не замедляя шаг, но утреннее оживление настроило меня на более общительный лад и я остановился.
- Доброе утро. – ответил я и учтиво поклонился.
- Господин Тор-Ниель, как я рад вас видеть! Вы знаете, что с вашей легкой руки я заключил еще несколько сделок, после вашей? Вы принесли мне удачу, сударь. – человечек светился от радости. Я не часто вызывал у своих знакомых подобные чувства, вернее сказать, практически никогда. Чуть повернув лицо в профиль, я улыбнулся ему в ответ.
- Позвольте угостить вас, сударь! Вы уж завтракали? Не отказывайте мне в чести угостить вас отменным завтраком в «Водовороте»! Там отличная кухня и обслуживание на высоте.
Несколько мгновений я колебался, но с другой стороны, я же хочу стать одним из них, не так ли? И я согласился.
В это утро таверна была переполнена. Мы сели за столик в углу, толстая дварфийка тут же подскочила к нам и приняла заказ. Я огляделся по сторонам. Интерьер таверны был довольно безыскусен, но это была нарочитая маскировка под деревенский тарктир. Блюда, подаваемые здесь, были изысканными, а цены – выше средних. Дварфийка принесла чашки с кофе и молочник. В Даалветине кофе не пьют, в Мартире же, он является обязательной частью утреннего ритуала. Мы пили кофе, мой делец трещал без умолку, я вежливо кивал головой, начиная постепенно тяготиться его обществом. Когда наконец подали заказанные блюда, я уже придумал причину, чтобы поскорее уйти из таверны.
- Уважаемый, - сказал я. – Я только сейчас вспомнил, что у меня назначена встреча с моим поверенным. Мне ужасно неудобно, но я должен срочно покинуть вас. Благодарю вас за приглашение, мы прекрасно провели время. – Я быстро вытащил пару золотых монет из кошелька и, не давая моему визави опомниться, встал и пошел к выходу. Но быстро выйти мне не удалось, между столами повились какие то люди, эльфы, я приостановился и тут раздался вопль, завершившийся предсмертным хрипом. Я обернулся и увидел, что делец, которого я только что покинул, падает на пол с ножом в спине. Двое эльфов в низко надвинутых капюшонах метнулись к выходу. Их попытались остановить, один из них откинул капюшон и я увидел темную кожу. Дроу! Ловушка, что еще это могло быть и я так бездарно попался в нее! Надо было уходить. Я скользнул к выходу, стараясь не привлекать к себе внимания. Вокруг кипела драка, дроу кого-то резали, раздавались крики и стоны. Неожидано зал ярко осветился и в таверну ворвались стражники во главе с магом-охранником, осветившим зал своим магическим посохом. Сражение прекратилось, стражники окружили напавших на таверну дроу. Еще двое закрыли дверь и встали у входа. Кто-то из стражей тут же начал оказывать помощь пострадавшим, другие обыскивали убийц.
- Смотрите, у него кольцо с надписью – Дом Тор’Ниель! И у этого тоже!- воскликнул стражник. Я криво усмехнулся, конечно, убийца с опознавательными знаками, как удобно. Маг, который был у стражи за главного, приказал обыскать всех присутствующих. Стражники резво взялись за дело, кто то попытался возмутиться, какая то девушка кричала, что не позволит себя обыскивать... Я терпеливо ждал, когда очередь дойдет и до меня. С меня сорвали капюшон и толпа отпрянула – еще один дроу и такой уродливый! Маг подошел ко мне и осветил мое лицо посохом.
- Это же сам Тор’Ниель! Подлый дроу заманил в ловушку невинную жертву, но не успел уйти! – торжественно заявил маг.
Несмотря на серьезность положения, я еле сдержался, чтобы не рассмеяться ему в лицо, настолько нелеп был его пафос. Девушка с рыжими волосами, которая не позволяла себя обыскивать, воскликнула
– Да что вы говорите, ясно же что его подставили!
Маг резко повернулся к ней - Вот как? Убийцы принадлежат его дому, они убили его спутника, как раз, когда он собирался уходить! И почему ты его защищаешь, он дроу, а дроу всегда были нашими врагами!
- Но эти кольца, разве он послал бы убийц со своим именем на кольцах?
- Дура! – маг зло оборвал ее – дроу слишком самонадеяны! Они не рассчитывали, что их поймают.
- Но...
- Обыщите ее!
Рыжая замолчала и стражник грубо обыскал ее. Я смотрел на девушку с каким то болезненным любопытством, она пыталась оправдать меня, с чего бы это? Стражник подскочил к магу и что-то ему передал.
- О, так она с ними заодно, смотрите, у нее такое же кольцо – маг продемонстрировал простое золотое колечко – в тюрьму ее, вместе с остальными!
Девушка пыталась что то сказать, но ее грубо затолкали в тюремный фургон. Маг подошел ко мне и провел посохом по рукам, руки повисли, обездвижившись.
- Это лишнее – сказал я тихо – я не собираюсь сопротивляться.
Маг пристально поглядел мне в глаза. У меня сразу развеялись иллюзии, этот человек понимал всю нелепость обвинений. Ну хоть что то прояснилось, стража и маг знали, что произойдет сегодня в таверне. Маг поднял посох и провел им по моим губам. Отлично, теперь я не мог произнести ни слова, интересно, к чему такая предосторожность. Стражники взяли меня под руки и вывели во двор к тюремному фургону.


Я сидел в тесной камере и размышлял. Подумать только, каких то пару часов назад я был свободен и расхаживал по рынку, любуясь пестрой толпой. Что если бы я не встретил дельца и не пошел с ним в таверну? Вполне возможно, ответил я сам себе, что меня арестовали бы в собственном доме, как организатора убийства. Камера была на редкость комфортная - темная, с низким каменным потолком, привычные условия для дроу. Неужели они не знают, как мы привыкли жить? Руки постепенно стали оживать. Я закрыл глаза и прислушался. Из коридора доносились какие то звуки, мне послышалось бряцание оружия. Дверь раскрылась, в камеру вошли несколько человек и полуэльф с папкой в руках.
- Дорион Тор’Ниель – сказал полуэльф – я Лестер Найт, ваш следователь. Вас обвиняют в организации убийства Кевина Темпла, торговца недвижимостью, в таверне Водоворот. Что вы можете сказать по этому поводу?
Я облизал губы, действие заклинания закончилось и я снова мог говорить. Что мне сказать им, что я ничего не понимаю, что я всего лишь пытался стать одним из них, законопослушным, добропорядочным гражданином? Что я уступил просьбам мистера Темпла исключительно из побуждений стать Таким Как Все Они?
Я ответил - Ничего.
Полуэльф подошел ко мне и сел рядом, стражники остались стоять около выхода.
- Я хочу вам помочь, Тор’Ниель. Но для этого вы должны дать мне такую возможность, вы должны позволить мне помогать вам. Расскажите, что вы знаете о происшедшем в таверне.
– Я встретил мистера Темпла на рынке и он пригласил меня в таверну. – Я повернулся к нему изуродованной стороной лица, пусть любуется. – Мы заказали завтрак, но я вспомнил, что у меня назначена встреча и мне пришлось срочно уйти.
- С кем у вас была назначена встреча?
Я вздохнул. Моя мизантропия опять сыграла со мной плохую шутку. – Ни с кем. Я просто хотел уйти. Понимаете, я просто... устал от общения с мистером Темплом.
- Убийцы имели при себе ваши фамильные кольца. – Лестер достал из кармана коробочку и, открыв ее, продемонстировал простое золотое кольцо с высеченной надписью дровийскими рунами «Дом Тор’Ниель». Он держался невозмутимо, как будто не замечая моего уродства.
Я пожал плечами. – Господин Найт, у нашего Дома никогда не было таких колец, у нас вообще не было фамильных колец, только Мать Дома носила перстень... – я оборвал себя. Ни к чему им знать такие подробности, дома больше нет, а сам перстень сгинул в пропасти Эльгинирр. – У меня нет родственников, я дроу одиночка.
Полуэльф убрал коробочку в карман.
- Меня смущают некоторые факты, господин Тор’Ниель. Прежде всего, я не верю, что вы стали бы спокойно распивать кофе со своей жертвой, а потом позволили ли бы убийцам с вашими опозновательными знаками зарезать его в вашем присутствии.
- Это глупо – согласился я.
- Но судья считает, что дроу слишком самоуверены и вы не думали, что ваших асассинов поймают. Судья родом из Галлены...
Я понимающе кивнул головой. Галленцы ненавидят дроу, ведь после войны прошло совсем мало времени.
- Тем не менее, я с ним не согласен. У вас есть враги?
У каждого дроу есть враги, но мой Дом был уничтожен, а сам я бежал, зализывая раны и потерял все связи с подземным миром. Кому я был опасен, одноглазый израненый пес, мечтающий только о покое? Вслух я сказал – Наверное в Даалветине еще остался кто-то, кто хотел бы моей смерти, но намного проще было бы просто зарезать меня в темном переулке, а не устраивать весь этот балаган с поддельными кольцами.
Полуэльф повертел в руках какую-то записку. – Вы недавно купили дом, с помощью мистера Темпла.
Найт посмотрел на меня и тихо произнес – Вы знаете, что предыдущим владельцем вашего дома был судья Снайдермен? Кстати, по закону в случае вашего осуждения, все имущество будет конфисковано в пользу города. - Полуэльф посмотрел в сторону двери. – мне пора, завтра я приду в это же время продолжить допрос. Постарайтесь вспомнить любые детали, мелочи, которые могут иметь отношение к данному делу. Да, вы знакомы с Розитой Трельен ?
- Кто это?
- Девушка, которая свято верит в вашу невиновность и громко говорит об этом. У нее нашли ваше кольцо и арестовали вместе с нападавшими.
- Впервые слышу. Странно, с чего бы это ей защищать меня, я ей ничего не должен.
Лестер Найт пристально поглядел на меня – Скажите, вы знаете, что такое сострадание?
Я откинул голову назад и громко рассмеялся. Полуэльф молча встал и вышел из камеры, а я продолжал смеяться и не мог остановиться до тех пор, пока на глазах не выступили слезы. Тогда я замолчал и лег на жесткий деревянный топчан и, закрыв глаза, стал ждать прихода сна.


Я быстро шел по узкому извилистому ходу, стены которого были покрыты слабо мерцающим лишайником. Такими ходами было пронизано все пространство под Галленой, а некоторые из них, охраняющиеся особо тщательно, вели наружу. Лишайник поглощал звуки шагов, его света хватало, чтобы мои глаза могли различать дорогу. Ход вывел меня в небольшую пещерку, посреди которой спиной ко мне совершенно неподвижно стояла женщина. Она не поворачивалась лицом, но я и так знал кто это. Я сделал несколько шагов вперед и протянул руку, чтобы дотронуться до ее плеча. Женщина не шевелилась, а я все тянул руку, не решаясь прикоснуться. В горле застыл комок и, как обычно в такие минуты, время замедлило свой бег. Почему я всегда перестаю быть самим собой в ее присутствии? Ненавидя себя за бессилие, я сжал кулаки так, что косточки хрустнули и проснулся.

Что то изменилось вокруг. Я сел на топчане и вслушался. Вокруг стояла полная тишина и неожидано она начала нервировать меня. Я встал, подошел к двери и надавил на нее, дверь плавно подалась, но это нисколько не удивило меня. Я выглянул в коридор, там не было ни души. Все мои инстинкты говорили, нет просто кричали, что это очередная ловушка, но и оставаться в камере было выше моих сил и поэтому я вышел из камеры и бесшумно двинулся по коридору. Сразу за поворотом, около широко распахнутой двери в камеру лежал труп стражника. Горло человека было перерезано от уха до уха, стражник даже не успел выхватить оружие. Я осторожно приблизился к двери и кинул взгляд внутрь - на полу чернела застывшая кровь, там тоже кто-то славно поработал кинжалом, зарезав тех дроу с поддельными кольцами моего Дома. Я двинулся дальше и у следующей камеры наткнулся на тела двоих стражей. У одного из стражников на поясе была прикреплена связка ключей. Инстинкты взвыли, но я мужественно проигнорировал этот вой и взял ключи. Дверь в камеру была приоткрыта, я заглянул внутрь. На тюремном топчане сидела рыжая девушка, та самая из таверны. Я вошел в камеру, девушка посмотрела на меня круглыми от ужаса глазами и беззвучно открыла рот. Сейчас она закричит. Я быстро шагнул вперед и зажал ей рот одной рукой, сжав второй ее хрупкую шею.
- Тише, тише, не надо кричать, я не причиню тебе вреда... – зашептал я ей на ухо, рыжые прядки щекотали губы – сейчас я уберу руки, вот смотри... – я сделал глубокий вздох и отпустил девушку. Слава богам, она не закричала.
Я оглядел девушку – Это ты Розита?
Девушка молча кивнула.
– Видишь, у меня ключи. Можешь пойти со мной или остаться в камере, решай сама. – слова вылетели из меня, прежде чем я успел обдумать все последствия такого предложения. Рыжая опять кивнула головой и моя душа пришла в смятение. Зачем я тащу ее за собой, неужели слова Найта о сострадании что-то задели во мне? Мне захотелось ударить ее и выскочить из камеры, но вместо этого я сказал – Отлично, тогда нам нужно поспешить. Идем.
Девушка поспешно поднялась на ноги, поглядела на меня, на дверь и торопливо заговорила - Я слышала шаги, потом шум, как будто кто-то или что-то упало. Затем я услышала как щелкнул замок в двери. Кто-то хотел зайти, но не зашел. Я так испугалась, думала просто умру от ужаса!
Я внимательно выслушал ее и ответил - Стражников убили, кто - не знаю, не я. Иди за мной и постарайся не кричать.
Мы вышли в коридор.

Выбраться из тюрьмы оказалось довольно легко. Мне не давала покоя мысль, что стал участником чьей-то игры и меня, как марионетку на нитках, заставляют исполнять чужую волю. На улице стоял густой туман, белесые пары клубились по тротуарам, скрывая уличную грязь. Из черных проулков между домами доносились странные, пугающие звуки. Было холодно и сыро, мы быстро шли по городу, торопясь найти безопасное прибежище. Мне хотелось остаться одному и обдумать свое положение, но девушка шла рядом и изредка кидала на меня тревожный взгляд, в котором однако, совсем не было страха, но была какая-то неясная надежда. Я подумал, что она скажет, когда как следует разглядит мою изуродованную половину лица. Наконец мы вышли в трущобы, здесь можно было снять комнату, хозяева которой не станут задавать вопросов и не будут обращать слишком пристальное внимание на своих новых постояльцев. Розита явно не собиралась покидать меня, что же, придется ей кое-что объяснить. После недолгих поисков мы нашли комнату. Комната была грязная, как и все в этом районе, постель в углу была покрыта какими-то старыми тряпками, но в ней жарко горел камин, а старуха, сдавшая нам комнату, принесла чайник с кипятком и кусок сыра с хлебом. Мы поужинали и я решил поговорить с Розитой, но она опередила меня.
- Как вам удалось выйти из камеры? Кто открыл мою камеру и убил стражников?
Я сел на расшатанный стул и задумался. Чем я рискую, рассказав ей правду?
- Я спал и ничего не слышал. Когда проснулся, то моя дверь оказалась открытой. Кто-то проник в тюрьму и убил стражников. И не только их, тех дроу, которые напали на таверну, их тоже убили.
Розита тихонько ахнула. – А тот дроу, в вышитом серебром камзоле, он тоже мертв?
Я поднял голову – Какой дроу?
- Там в таверне был еще один дроу. Такой – красивый, высокий, в черном с серебром камзоле...

Я с любопытством вгляделся в девушку. Она была довольно привлекательна, невысокая, худенькая, с коротко стриженными волнистыми рыжими волосами. Немного скуластое личико, вздернутый носик... Интересно, значит она находит дроу красивыми. Я сидел спиной к огню и мое лицо было в тени, а длинные волосы как всегда свешивались на левую сторону лица, закрывая ее.
- Его тоже арестовали? За то, что он дроу?
- Да, его арестовали вместе со всеми, хотя он больше всех кричал, что это все подстроено вами, что это месть... Я еще подумала, может он ваш знакомый...
Последние посетители


9 Oct 2016 - 23:34


21 Jan 2016 - 15:37


17 Apr 2015 - 17:02


19 Sep 2012 - 13:28


9 Jan 2012 - 22:26

Комментарии
Imunilat
Отличный мэппер :) на мой взгляд, создавшая самый уютный модуль, жаль что он не в строю((((
1 Jul 2007 - 20:20

Друзья
Нет друзей для показа.
Текстовая версия Сейчас: 4th July 2020 - 12:49